...я открыл чемодан и обнаружил, что в нем находится портал. я слегка охуел, но виду не подал. поразмыслив, я решил войти в него. я разбежался и прыгнул, а когда я приземлился, я оказался в параллельном мире, где в воздухе висели огромные ножницы и капиллярные ручки. я прошел немного, и встретил Карла Маркса, он рассказал мне много интересного, но я ничего не понял кроме того, что я должен следовать за ним. я согласился, и мы проследовали по бесчисленным дорожкам из зубной пасты к огромному цветущему саду, где вместо яблок на яблонях росли фарфоровые чашки. Карл Маркс сказал мне, что я должен собрать весь урожай, и отдать зеленому зайцу, что скачет вдоль и поперек. недолго думая, я взял чехол от виолончели, который валялся здесь неподалеку, и начал собирать чашки. когда я собрал достаточно много, я очень удивился тому, что в чехле все равно было предостаточно места. я собирал час или два, я не следил за временем, но вскоре я собрал все чашки со всех деревьев. утомившись, я присел под яблоней передохнуть, и тут же ко мне подбежал зеленый заяц. он действительно скакал вдоль и поперек, как и сказал Карл Маркс, я сразу узнал его и отдал ему чехол от виолончели, наполненный чашками. заяц запрыгнул в чехол, закрыл его за собой и улетел в неизвестном направлении. я долго смотрел ему вслед, но мне мешали ножницы, висевшие в воздухе, они противно щелкали и скрипели, и не давали мне
сосредоточиться. когда заяц скрылся из виду, я встал, натянул по самые пятки свою шелковую лимонную кепку в розовый горошек, и пошел гулять по яблоневому саду. пока я гулял, неизвестная звезда закатилась за горизонт, и я ощутил легкое желание вернуться домой. и только тут я понял, что не знаю, как мне попасть обратно.
я вспомнил сказку, пошел по дорожке из желтого кирпича, дошел до замка и спросил волшебника Гудвина, как мне попасть домой. волшебник поковырял в носу и сказал, что для этого мне нужно будет убить Мышку-норушку, Чернило и Пепельницу, съесть иглу от капельницы и двадцать пять раз послать на хуй огромное дерево из японского садика, который находился на местном Пике Коммунизма. я слегка охуел, но виду не подал.
выйдя из замка, я тщательно обдумал все услышанное, и решил пойти убить сначала Мышку-норушку. не успел я пройти и пяти шагов, как понял, что тону. тону в болоте. я попытался вытащить себя за волосы, как барон Мюнхгаузен, но мне не удалось повторить его подвига, и через несколько минут я полностью утонул...
очнулся я в маленькой комнате, стены и пол которой были покрыты грязью. в стене напротив меня была большая черная дырка, из которой капала вода. рядом с дыркой была тяжелая железная дверь, над ней висел плюшевый индрикотерий, на котором было написано

МАРМЫШГА

я понял, что здесь живет Мышка-норушка. я открыл дверь, и увидел сидящую за столом трехголовую секретаршу Мышки-норушки.
-Мармышка сегодня не принимает, приходите завтра, -сказала она, не переставая подпиливать свои синие, как у покойника ногти, большим напильником.
-а мне поебать, -сказал я, ебнул секретарше по всем трем головам плюшевым индрикотерием, и вбежал в кабинет Мышки-норушки.
Мышка сидела на большом пуфике и считала тугрики. она была размером с хорошую лошадь, и я подумал, что убить ее будет сложнее, чем я думал. увидев меня, вооруженного плюшевым индрикотерием, Мышка встала, зашипела и кинулась на меня.
некоторое время мы дрались, пока мне не удалось засунуть Мышкин хвостик, которым она уничтожила ценное золотое яйцо бабки с дедкой, в измельчитель для бумаги. я нажал пуск, и очень скоро Мышка превратилась в кровавый фарш.
я решил, что теперь я пойду убью Чернило. когда я вышел из мышкиной норки, я охуел, но виду не подал. передо мной стояло шестидесятирукое(я успел посчитать существо со змеиным телом и головой, как у дракона, с большими гнутыми рогами. я поинтересовался у него, где я могу найти Чернило, но существо заявило, что, по скольку оно является Чернилом само, оно ни за что не скажет, где находится.
я смерил взглядом стоявшего передо мной монстра, и ужаснулся; Мышка-норушка по сравнению с ним была бабочкой. я стал думать, чем бы убить такую махину. Чернило, однако, не проявляло ко мне никаких поползновений, а только стояло и смотрело на меня. я уже стал волноваться, но вдруг Чернило предложило мне чаю. я не стал возражать, и уже через какие-то двадцать минут мы уже сидели с ним в его уютном гнезде на берегу сливочного моря и курили старые носки через барбулятор. мы некоторое время поугорали, после чего Чернило стало разводить сливками из моря малиновое варенье, и сыпать в него все те же растертые старые носки. тут я решил, что настал мой час, я нашел где-то в закутке своего кармана баночку с цианистым калием, некоторое время поколебался, обезоруженный гостеприимством Чернила, потом все же решился, и, когда Чернило отвернулось, я высыпал ему в сливки всю баночку. Чернило ничего не заметило, отхлебнуло из своей чашки, а затем, схватившись всеми своими шестьюдесятью руками за шею, со страшным шипением свалилось в сливочное море. убив таким образом уже вторую свою цель, я решил немного отдохнуть от дел, и пошел в направлении, где, как я думал, находится яблоневый сад, в который привел меня Карл Маркс. я прошел достаточно, но никакого сада не обнаружил. с неба на меня немым укором глядели гигантские ножницы, которые временами щелкали, создавая воздушную волну, которая то и дело сшибала меня с ног. я решил забыть о своем предыдущем решении и пошел искать Пепельницу. искал я долго, но нашел только старую, всеми забытую вешалку от гидрокостюма, тоесть палку с веревкой. я долго думал, куда ее можно применить, и вскоре решил, что использую эту палку как оружие борьбы со всяким хламом, который то и дело попадался мне на пути. правда, палка была коротковата, но за неимением длинной годилась и она.
я прошелся по всем дорожкам, обсмотрел все углы, прочесал все кусты и даже заглянул в пасть огромному морскому чудовищу, которое, выползшее из сливочного моря, мирно грелось на солнышке, но Пепельницу так и не нашел. мне даже на миг показалось, что таковой не существует в мире, куда я попал, но я быстро отбросил эту мысль и стал искать дальше. наконец, мои поиски привели меня в огромную долину, где росли живые штаны. они трепыхались на ветру, и были похожи на флаги, разноцветные, в горошек, полосатые, с различными замысловатыми рисунками и узорами. я прошел мимо зарослей штанов, и началась кукуруза. ее здесь было много, видимо, Хрущев постарался. я все шел и шел, а кукурузы все так же было много, она была высокая, где-то метров пять или даже семь. вдруг я увидел промелькнувшую в зарослях тень. она напоминала птицу, но я не успел рассмотреть. я не обратил на это внимание, и пошел дальше. и тут - бах! и прямо напротив меня, сантиметрах в двадцати, на землю грохнулся гипсовый бюст хачика Мирзояна. я охуел, но виду не подал и пошел дальше. а дальше на меня чуть не упал еще один гипсовый бюст, на этот раз грека Аристотеля. тут до меня дошло, что это кто-то в меня кидается, посмотрел наверх, и точно - надо мной, на уровне кукурузы летали пингвины, то и дело бросаясь в меня бюстами всяких великих иностранцев. после бюста еврея Мойши я уже побежал. земля, которую я оставлял за собой, сотрясалась от падающих в меня бюстов. наконец, я добежал до какой-то дырки, прыгнул в нее, пролетел вниз где-то метров десять и удачно приземлился, после чего бюсты в меня уже не падали. зато в меня начал падать обваливающийся земляной потолок, и я снова побежал, на этот раз по плохо освещенному длиннющему коридору с желатиновыми стенами. в некоторых местах сквозь желатин просвечивала всякая хуйня, но я не успел ее разглядеть, потому что мне приходилось бежать от обваливающегося за мной потолка. все это напоминало мне какую-то старую компьютерную игру, только я так и не смог вспомнить, какую.
вскоре я уперся в тупик, по которому шла небольшая макаронная лестница. я быстро влез по ней, и очутился в каком-то розовом помещении, обвешенном розовыми же бантиками и посыпанном блестками. внутри толпилось много народу, все были блондинками и блондинами, одетыми в розовые маечки, юбочки и свитерочки. на стене висела большая макаронная надпись

город Гоподрищ
гопники приветствуются

я прикинулся гопником, повязав на себя какой-то розовый бантик, потупил немного, а потом спросил, где тут главный гопник. гопники ответили мне, что главный гопник живет в розовой гоподрищенской башне с розовыми стенами, и обьяснили мне, как туда пройти. я тут же нашел лестницу, ведущую в башню, поднялся по ней, открыл пластмассовую розовую дверь, и вошел. в башне действительно были розовые стены и даже розовый потолок, все было обвешано розовыми бантиками и макаронами, видимо лапшой, которую обычно вешают на уши. мне уже начинало надоедать это розовое уебище, и я принялся искать Главного Гопника. в башне было много комнат, но ни в одной из них не было никакого гопника. я уже отчаялся найти его, сел в плюшевое розовое кресло и опустил голову, и тут, на стеклянном столике, который стоял напротив дивана, увидел большую стеклянную пепельницу. на радостях я ебнул эту пепельницу об пол, и она разбилась.
на звон битого стекла сбежались гопники и вышвырнули меня в кукурузу. определившись с направлением, я бежал через заросли, усердно уворачиваясь от града падающих на меня бюстов, которыми бомбордировали меня неутомимые пингвины. добежав до конца поля я вспомнил, что мне еще нужно послать дерево из японского садика с Пика коммунизма. я подумал, что о Пике коммунизма должен знать Карл Маркс, но его нигде не было. тогда я вдруг вспомнил, что по-японски гора - "яма". а раз это яма, значит Пик коммунизма на самом деле большая глубокая яма, на дне которой находится милый японский садик. "и почему я все время попадаю в какие-то ямы",-подумал я, и принялся искать яму. через некоторое время я нашел яму, глубоко в нее провалился, и, когда я понял, что это не Пик коммунизма, стал думать, как мне выбраться наверх. к счастью, та палка, которая была вешалкой от гидрокостюма, оказалась волшебной, и с легкостью подняла меня из ямы обратно. по-скольку яма не оказалась горой, которую я искал, я стал искать настоящую гору, и через некоторое время нашел. гора была огромной и заснеженной наверху, а у подножья, где я стоял, росли дикие огурцы. огурцы были настолько дикие, что стоило мне к ним подойти, как они тут же набрасывались на меня и пробовали укусить, но я успешно миновал подножие и очутился у отвесной скалы. я попробовал было взлететь на вешалке от гидрокостюма, но у нее кончилась мана, поэтому я ее выбросил и полез в гору без посторонней помощи. на десятом часу карабканья по скале у меня ужасно зачесалась пятка, я почесал ее и скатился вниз километра на два, что стоило мне еще нескольких часов подъема. ужасно усталый, я уже озирался в поисках подходящего места прислонения своего зада, и обнаружил прибитый к скале стул. правда, он был прибит криво, да еще и вверх ногами, но это не помешало мне устроиться на нем и уснуть. проснулся я от резкого шума. оказывается, здесь гнездились верхучие эмо-топуны. они летали вокруг меня на своих полосатых носках и кричали, чтобы я слезал с их гнездилища. мне было влом с ними препираться, и я полез дальше, оставив стул этим черно-розовым позвоночным. чем выше я поднимался, тем более странные пре